|
| Милости просим на наш литературный портал |
Первый день раскопок
ие, пока еще хоть кто то остался в здравом уме и твердой памяти.
— Ладно, ладно! — строго, но добродушно произнес он. — Хватит рассуждать! Наше дело не рассуждать, а воевать, с чем мы на данный момент справляемся неважно. Белохатки до сих пор не взяли, а ведь они были под самым носом. Что я буду в штабе докладывать? Что на мой танк красноармейцы сеть набросили и уволокли к себе в тыл для забавы? И что патриотически настроенная русская кошка чуть было не взяла в плен экипаж из пяти человек, но нам крупно повезло — и она убежала в лес охотиться на мышей? Чтобы Сталин рассказал анекдот Жукову и Ворошилову: в наших лесах не только русские медведи, но и секретные танки фюрера развелись, не отправиться ли нам, господа, на охоту?! Да, мы остались без поддержки! Да, мы остались без связи! Но мы до сих пор живы, и у нас хватит боеприпасов, как сказал Генрих, Москву сокрушить. Значит, фюрер надеется на нас и ждет выполнения поставленной задачи. — Он расстегнул воротник и крепко потер ноющую шею. — К тому же здесь красиво, и мне тут нравится… воевать.
Ганс, которого пережитые волнения сделали не в меру саркастичным, счел возможным съязвить:
— Вы, господин майор, надеетесь красивыми русскими лесами до Москвы добраться? Так ведь в них не только бурые медведи и немецкие танки скрываются. Вы сами говорили: от лесов держимся подальше, ибо лес — рассадник партизанской заразы.
— Ганс, ты же в закрытом танке — расслабься! — попытался разрядить обстановку Клаус.
К тому же ты у нас самый смелый, с тобой рядом уже не страшно!
— С закрытым верхом… — пробурчал Ганс, — вот попадешь в партизанскую засаду, тогда сделают тебе открытый верх.
— Довольно вам ссориться, — прикрикнул Дитрих. — Мы в лесу ненадолго. Наберем воды и обратно в степь. Пить небось все хотят, а? Или только я один?
Экипаж промолчал, но молчание было выразительное и красноречивое.
— То то же, и нечего ворчать. Вы солдаты, а не дамы в очереди за маргарином.
Нана Булуку пребывал в растрепанных чувствах.
Чудовищный зверь, которого так ловко поймали в сеть его охотники, оказался на поверку не вкусным, а коварным и подлым противником. Вначале он вроде бы испугался нападения и издавал жалобные звуки при каждом метком попадании камня или стрелы. Он оцепенел на месте и не делал никаких попыток сбежать или сопротивляться. Бруссы уже торжествовали победу, заколачивая в землю последние колышки, и Нана Булуку Кривоногий Медведь, вооруженный ритуальным ножом для свежевания туш, карабкался по неподвижному телу зверя, ощущая под ногами мелкую дрожь и гудение — очевидные признаки страха. Самые храбрые и удачливые охотники других брусских племен не могли похвастаться столь внушительным трофеем. Нана Булуку уже мечтал о том, какую женщину он выменяет у соседей на кусок бронированной шкуры этого зверя, когда мерзкая и хитрая тварь стала поднимать свой длиннющий нос. Во всяком случае, варвары решили считат
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
|
|
|
