|
| Милости просим на наш литературный портал |
Первый день раскопок
промиссное решение — перебрался поближе к людям, хоть и не настолько, чтобы они одолевали его своими просьбами. Впрочем, самым нуждающимся он оставил крохотную лазейку: те, кого по настоящему припекло, приходили к Хухлязимусу и получали то, что им требовалось. Колдун по прежнему был безотказным и не помогал только тем, чьи замыслы были черными.
Однажды Хухлязимусу стало скучно в обществе лягушек, пиявок и комаров, и он решил пройтись в ближайший городок, чтобы выяснить последние новости и поболтать о том о сем за кружкой разбавленного пива. Вообще пиво он мог себе наколдовать любого сорта, но вдруг понял, что соскучился именно по разбавленному, да не из хрустального высокого бокала с резьбой по краю, а из щербатой оловянной кружки, наспех протертой рукавом трактирщика. Обычно такие прихоти бывают у беременных женщин, но иногда одолевают и могущественных колдунов, свидетельствуя об их человеческом происхождении.
До города Хухлязимус не добрался. В предместье встретил он совершенно неотразимую девушку с толстой пшеничной косой, уложенной вокруг головы венцом, с медовыми лучистыми глазами и бедрами, своей пышностью соперничающими с кучевыми облаками. Грудь ее колдун в приливе вдохновения сравнил с двумя откормленными дойными коровами, пристроившимися попастись на этой несравненной лужайке, и подобным смелым сравнением сразил девицу наповал. Она попыталась было скрыться от неожиданного ценителя красоты и даже обогнала его на несколько шагов, чем и погубила окончательно. Ибо, узрев свою нимфу со спины, Хухлязимус сперва задохнулся от волнения, а после возопил, что огромная полная луна маячит перед ним во всем своем великолепии, затмевая собой и солнце, и свет, и окружающий мир.
Так состоялась его великая любовь. Верно, у Хухлязимуса были женщины и до того, возможно, были и после. Но их имен история не сохранила. Девица же, пленившая колдуна в тот день, звалась Валкирией и принадлежала к довольно знатному роду Фриггов.
Еще час спустя выяснилось и то, что девица уже год как жена доблестного воина, и непрестанно вздыхающий Хухлязимус не стал разрушать счастливую семью. Однако все дети, а также внуки, правнуки и так далее Валкирии пользовались его самым добрым расположением и искренней любовью. И поскольку Сереион был седьмым по счету коленом в этом роду, то и направил свои стопы прямиком к столу, прицеливаясь в соблазнительно пахнущего поросенка.
— А а, деточка! — обрадовался колдун, раскрывая молодому человеку объятия. — П'йишел п'йоведать стайика! Надеюсь, по делу! Как выйос то, как выйос.
Мы забыли упомянуть о том, что у колдуна был невыносимо аристократический прононс — он категорически не выговаривал букву "р", а иногда и "л". Впрочем, это была всего лишь маленькая слабость великого человека, которая исчезала, как только начиналась настоящая работа: заклинания он произносил совершенно четко выговаривая все буквы.
Хухлязимус цвел. Сереиона он видел последний раз лет двенадцать или
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
|
|
|
