|
| Милости просим на наш литературный портал |
Настой забвения
объявить
себя давно забытым кузеном... или другом какого-нибудь приятеля из Падуки.
Не на кого было сослаться, а если бы он стал хитрить и изворачиваться,
дед, безусловно, разоблачил бы его.
Лазарус решил действовать в двух направлениях, причем пианиссимо, а
именно: посещал церковь, куда ходило его семейство - кроме деда, - и
забегаловку, где этот самый дед отдыхал от домашних.
Что касается церкви, Лазарус был уверен, что увидит там кого-нибудь
из своих. И предчувствия его подтвердились в первое же воскресенье;
впрочем, увиденное расстроило его куда больше, чем преждевременное - на
три года до срока - появление здесь.
Он увидел мать и на миг принял ее за одну из своих сестер-близнецов,
но тут же сообразил, в чем дело: ведь Морин Джонсон Смит фактически была
не только его матерью, но и матерью этих девчонок. Он был потрясен и,
чтобы успокоиться, сделал вид, что слушает службу. Он старался не смотреть
на мать, а только исподтишка разглядывал своих братьев и сестер.
С тех пор он дважды встречал мать в церкви и уже смотрел на нее
спокойно; он даже понимал, каким образом облик этой хорошенькой молодой
матроны совмещается с его поблекшим воспоминанием. Однако он вряд ли узнал
бы ее, если бы Ляпис Лазулия и Лорелея Ли не были так на нее похожи. Он
рассчитывал увидеть пожилую женщину, какой была мать, когда он оставил
дом. Но совместное посещение церкви еще не означало, что они знакомы
достаточно коротко, несмотря на то что пастор представил Лазаруса
прихожанам. И он продолжал ездить в церковь на автомобиле, ожидая дня,
когда можно будет подвезти мать с отпрысками домой, через шесть кварталов
отсюда на бульвар Бентон; весной часто идут дожди.
Относительно забегаловки же он не был уверен. Да, дедуся ходил сюда -
десять или двенадцать лет спустя, - но было неясно, посещал ли он это
заведение, когда Вуди Смиту еще не исполнилось пяти.
Лазарус осмотрел "Немецкую пивную", заметил, что ее название в
одночасье переменилось на "Швейцарский сад", и вернулся в игорный дом. Все
столы были заняты; Лазарус пошел в другой зал, где стояли карточный стол,
бильярд и столы для шахмат или шашек. Главная игра началась без него -
однако можно было поиграть во что-нибудь другое, делая вид, что ничего не
смыслишь в игре.
Дедуся! Его дед в одиночестве сидел за шахматным столиком. Лазарус
узнал его сразу и направился к стойке с киями. Поравнявшись с шахматным
столиком, он остановился. Айра Джонсон поднял голову - и как будто узнал
Лазаруса: хотел что-то сказать, но передумал.
- Простите меня, - начал Лазарус, - я не хотел мешать вам.
- Ничего страшного, - проговорил старик. (Сколько же ему лет?
Лазарусу он казался сразу и старше, и
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
|
|
|
