|
| Милости просим на наш литературный портал |
Золотые рыбки снова в продаже
встанет на ноги. Надеюсь выдать ее замуж, но это уже ее дело.
Я не хочу лишать ее корней: одно подобное потрясение она уже передоила,
незачем подвергать ребенка новому.
- Ну как хочешь. Значит, мне вернуться через десять лет? Этого
хватит?
- Более или менее, но не торопись. В первую очередь позаботься о
наших доходах. Если затратишь на это больше времени, в следующий раз
загрузишься здесь чем-нибудь получше, чем продукты и текстиль.
- В наше время выгоднее всего привозить на Землю продукты питания. Но
скоро придется торговать, минуя Землю, напрямую прямо между колониями.
- Неужели дела так плохи?
- Очень плохи. Они не желают учиться. А что за неприятности у тебя с
банком? Может, продемонстрировать силу, пока "Энди Джи" крутится наверху?
Я покачал головой.
- Благодарю, капитан, но так дела не делаются, иначе мне придется
отправиться вместе с тобой. К силе следует прибегать, лишь когда не
остается ничего другого и овчинка стоит выделки. А я собираюсь остаться.
Дела собственного банка Эрнста Гиббонса не беспокоили. Он никогда не
позволял себя тревожить по вопросам менее важным, чем вопросы жизни и
смерти, а все прочие дела, большие и малые, решал по мере их поступления и
наслаждался жизнью. И воспитанием Доры. Заполучив Дору и Бака - или это
они заполучили его? - он выбросил дикарские удила, которыми пользовался
Лимер, сохранив металлические части, и велел седельщику братьев Джонс
переделать уздечку и недоуздок. Сделал ему заказ и на седло, сам набросал
чертеж и обещал заплатить больше, если тот сделает быстро. Шорник покачал
головой, разглядывая набросок, но тем не менее седло соорудил.
После этого Гиббонс разъезжал с девочкой на Баке в седле,
рассчитанном на двоих: его седло находилось на обычном месте, а перед ним
располагалось небольшое седельце с крохотными стременами... как раз на том
месте, где у обычного седла бывает лука. В передней части седла была
обшитая кожей дужка, за которую мог держаться ребенок. Гиббонс также
снабдил свое усовершенствованное седло двумя подпругами - так было удобнее
мулу и спокойнее всадникам на крутом склоне. Так они проездили несколько
лет, обычно тратя на прогулку час или более после школы, долго беседовали
втроем или пели все вместе, причем Бак громко фальшивил, но всегда отбивал
копытом правильный ритм. Гиббонс вел, а Дора подпевала. Часто пели о
ломбарде - эту песенку Дора считала своей и понемногу добавляла к ней
новые куплеты, в том числе и о конюшне Бака, что возле школы.
Дора росла и превратилась в высокую, стройную девушку. Маленькое
переднее седельце сделалось ей мало. После двух неудачных попыток Гиббонс
купил кобылу: одну Бак отверг, потому что она показалась е
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
|
|
|
