|
| Милости просим на наш литературный портал |
Поломка на линии
ными последствиями Мумзьнямского танцевального вечера на лицах.
Поскольку на вечере немцам пришлось пить впятером за себя, а также за четыре недостающие мифические персоны и отдельно — за своего дракона, а также если учесть, что вечер, затянувшийся на несколько суток, отличался весьма насыщенной гастрономической и питейной программой, то естественно, что экипаж «Белого дракона» не благоухал весенней свежестью.
Да, они были мало похожи на розовощеких ангелочков с рождественских открыток и смело глядели в глаза этой неприглядной правде. Более того, где то в глубине души немцы подозревали, что придирчивый посторонний взгляд может обнаружить их легкую небритость и, что греха таить, некоторую помятость костюмов. Возможно, даже человек, недавно видевший первый легкий снежок, вынужден будет признать, что воротнички танкистов не слишком напоминают его искрящуюся голубоватую белизну… Ну и что? Это еще не повод, чтобы корчить такие зверские гримасы и метать столь гневные взгляды в их сторону. Ведь они даже не представлены столь почтенной на вид фрау!
Первый удар, правда, принял да себя ни в чем не повинный Хруммса. Королева Гедвига налетела на него, как изголодавшийся Вапонтих на жалкую рыбацкую лодчонку. Казалось, что она вот вот проглотит напуганного карлика.
— Сколько пили? — сурово спросила королева.
— Некоторое значительное количество, — с трепетом ответил Хруммса, полагая, что его спрашивают о немцах. Ибо справедливости ради нужно заметить, что бывший историк исследователь пространственно временной материи и член Союза наблюдателей так и не смог приучить свой хрупкий организм ко вкусу и составу местных напитков, отчего заделался классическим трезвенником. Иногда его даже представляли заморским научным и магическим светилам и не потому, что он странно выглядел (были в Вольхолле существа и позанятнее), но именно в этом качестве — АБСОЛЮТНО НЕ ПЬЮЩЕГО СПИРТНЫЕ НАПИТКИ РАЗУМНОГО СОЗДАНИЯ.
Впрочем, королева Гедвига была слишком занята проблемой наведения порядка, чтобы помнить такие мелочи.
— Допились до сиреневого цвета лица! — уткнула она указательный палец в несчастного полиглота. — Стыдно, молодой человек!
— За что? — слабо запротестовал Хруммса.
— В какой компании стоите? Помятые, небритые, воротнички страшнее Туляпичейского погрома. На людей не похожи Как будто по ним танцевало стадо сильзяшных пичкамутов.
Хруммса торопливо переводил.
Дитрих наморщил лоб и в поисках поддержки обернулся к своим подчиненным. Те изобразили на лице глубокую задумчивость: в чем то эта фрау была права. Они, конечно, не совсем четко представляли себе, кто такие эти сильзяшные пичкамуты, однако насчет танцев и стада… Самочувствие говорило в пользу этого невероятного предположения.
Но тут в разговор вмешался Оттобальт. Он взял себя в руки, представил на минуту, что скачет во весь опор на вражеские войска, набрал полную грудь воздуха и… тихо тихо зашептал за
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
|
|
