|
| Милости просим на наш литературный портал |
Поломка на линии
Чаморском Земскалье Сманариновый ключик от пояса верности ищут?
Сереион тоже возмутился:
— Да нет, дядюшка, это ты что то путаешь. Сманариновый ключик — это, по моему, вообще из Луздунчика. У него еще дли и инный такой нос вырос… — Он безнадежно махнул рукой и взмолился: — Давай не будем спорить, а то просидим до завтрашнего утра. В другой день я бы только с радостью, но сегодня мне еще предстоит возвратиться на Мумзьнямский вечер в замке.
Хухлязимус неожиданно заинтересовался:
— Мумзьнямский вечей, говойишь? Это, поди, Муйкеба п'федложил? Неплохо задумано, совсем неплохо для человека, котойый п'йославился штопаньем носков…
Еще одна предпоследняя глава
Женщина считает, что на каждый вопрос есть два взгляда: ее и ошибочный.
Реальность можно выдержать, только если она не вся дана в ощущениях. Или дана не вся сразу.
Зофъя Налковская
В тот страшный день, завидев вдалеке курящееся облако желтой пыли, дозорный на башне не закричал, как заведено: «Едут!» — переполошив при этом добрую половину замка. Нет, он скорбно и торжественно преодолел крутой спуск по винтовой башенной лестнице, выбрался на мощенный булыжником двор и сперва огляделся вокруг, словно в последний раз. И уже затем, решительно надвинув шлем поглубже, поправив пояс и утвердив на месте прыгающую челюсть, подошел к пажу, торопившемуся куда то с поручением.
— Едут, — доверительно сообщил дозорный. — Доложи кому нибудь.
— Ой, — трагически молвил паж. И поник.
Вскоре весь замок облетела страшная весть. Она пронеслась по нему неслышно, словно ночная птица на мягких крыльях, но произвела невероятное по силе разрушительное воздействие.
Доблестные воины гвардии взялись чистить свои доспехи и делали это столь тщательно, словно готовились к последней битве и именно в этих доспехах намеревались отойти в вечность.
Слуги внезапно кинулись подметать двор и драить его щетками, что было делом уж вовсе бессмысленным, ибо по мокрым камням сновали взад и вперед сотни переполошенных людей.
Кто то несся с бутылками лучшего вина, кто то тащил на кухню упирающегося и отчаянного визжащего кабанчика. Кто то торопливо нес из кухни казаны, кастрюли и какие то таинственные горшочки — этим великим переселением руководил скорбный повар, еще не окончательно пришедший в себя после славного проведения Мумзьнямского танцевального вечера.
Забаррикадировался в своей башне маг Мулкеба и сообщил, что не выйдет ни за какие коврижки.
Тихо отпаивался настоем для укрепления пошатнувшихся нервов первый министр Марона. Делал он это под чутким руководством дворцового лекаря Мублапа, но то была лишь теория. А практика неопровержимо свидетельствовала о том, что оба почтенных господина тихо наклюкивались крепким зельем с непонятной целью.
Брился, как перед первой брачной ночью, храбрый Сереион.
Вытаскивали из сундуков шальки
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
|
|
